Франция во второй половине xix-начале XX века




НазваФранция во второй половине xix-начале XX века
Дата канвертавання23.12.2012
Памер179.26 Kb.
ТыпДокументы

Франция во второй половине XIX-начале XX века.

Вплоть до 2-й половины XIX века по уровню своего экономического развития Франция относилась к числу самых Крупных промышленных стран мира и стояла в этом отношении па втором месте после Англии. В годы Второй империи экономика страны продолжала развиваться достаточно стабильно. Однако после франко-прусской войны здесь прослеживаются две, казалось бы, взаимоисключающей тенденции.

а) относительным рост объема производимой продукции (по сравнению с предшествующим периодом);

б) абсолютное замедление темпов экономического развития (по сравнению с передовыми державами мира).

Следующие данные из сферы экономической жизни Франции подтверждают это положение.

Добыча каменного угля за последнее тридцатилетние XIX в. в целом возросла с приблизительно 16 млн. т. до 30 млн. т, т. е. в 2 раза. Однако другие данные свидетельствуют, что этот рост не обеспечивал потребностей промышленности Франции и шел гораздо медленнее, нежели в других развитых странах. В связи с нехваткой каменного угля Франция, например, в 1886 г. была вынуждена ввезти дополнительно 8 млн. т. каменного угля из-за границы, главным образом из Германии.

В другой классической отрасли народного хозяйства Франции — текстильной — также наблюдается определенное продвижение вперед. Однако как в хлопчато – бумажной, так и в шерстяной промышленности этот сдвиг не привел к настоящей революции. В этих отраслях сохранялось особенно много раздробленных мелких предприятий, не способных внедрить новые станки и технологии. Занимавшая ранее монопольное положение на международном рынке и чрезвычайно важная для французского экспорта продукция шелковой промышленности практически не увеличилась, в связи с чем, Франция теряла большое количество столь необходимой для нее валюты.

Подобной же двойственной тенденцией отмечено развитие по Франции новых отраслей промышленности — алюминиевой, резиновой, цветных металлов и т. д. Сам факт появления этих отраслей в экономике Франции свидетельствует о восприимчивости к результатам промышленной революции конца XIX в.; однако масштабы развития указанных отраслей несоизмеримы с тем, что происходило в США. Германии и даже Англии. Между тем новые отрасли промышленности в конце XIX в. уже стали служить важнейшим показателем промышленной мощи любой страны и ее удельного веса на международной арене.

Известные успехи были достигнуты и в железнодорожном строительстве. В 1870 г. во Франции было 18 тыс. км железных дорог, а в 1901 г. — уже около 43 тыс. км. Но если сравнить темпы роста железнодорожной сети во Франции с аналогичными процессами в Германии или США, то эти темпы должны быть признаны явно недостаточными (как в отношении обслуживания внутреннего рынка, так и в отношении обеспечения обороны Франции).

Чем же объяснить наличие подобных двух тенденций в экономическом развитии Франции последней трети XIX в.? Почему определяющей среди этих двух тенденцией стала именно вторая замедление темпов развития французской промышленности по сравнению с передовыми странами мира)?

Прежде всего стоит остановиться на том пагубном влиянии, которое оказало на экономику Франции поражение во франко-прусской войне 1870-1871 гг. Как известно, в результате этой войны Франция потеряла Эльзас и Лотарингию, органически связанные с другими экономическими регионами страны и имевшие богатые запасы полезных ископаемых. На Францию была возложена огромна контрибуция в 5 млрд. франков золотом. Это существенно сократило резервы свободных капиталов. А временная оккупация прусской армией высокоразвитых в промышленном отношении северных и северо-восточных департаментов разорвала жизненно важные для них связи с остальными областями Франции. Все это не могло не дезорганизовать на некоторое время экономику Франции, не могло не способствовать ее общему отставанию.

Определенную роль, в замедлении темпов развития французской экономики сыграли сравнительно ранние сроки промышленного переворота во Франции — одной ил старейших капиталистических держав мира, Здесь мы имеем почти полную аналогию с Англией.

В замедлении те мл о в промышленного развития Франции существенным образом оказался недостаток, природных ресурсов, тех легочников сырья, которые приобрели особо важное значение в конце XIX в. Франции не хватало каменного угля, железной руды (в связи с потерей Эльзаса и Лотаргении), нефти, руд цветных металлов, каучука и т. д. В течение 1885 — 1905 гг., по данным М Павловича, Франция ежегодно переплачивала в среднем на каждой метрической тонне угля на 36% дороже, чем Германия, и на 45% дороже, чем Англия. Недостаток угля в 10—15% на французском рынке повлек за собой вздорожание цены втрое, как это произошло в 1900 г. во время т. и. «угольной паники». По добыче железа Франция занимала в течение периода 1870—1900 гг. иногда 4-ое, иногда 5-ое место; 1/3 часть потребляемого железа ей приходилось ежегодно ввозить.

Существенным тормозом развития экономики Франции явилось сохранение здесь мелкого парцеллярного землевладении. По данным переписи 1892 года, - приблизительно 140 тыс. хозяйств имели в своем распоряжении 19 млн. га земли, тогда как на долю 5 млн. мелких хозяйств приходилось всего около 11 млн. га. Мелкое парцеллярное землевладение служило препятствием для внедрения новых технологий обработки земли, внедрения машин и т. д. Сильно ударило по французскому сельскому хозяйству падение мировых сельскохозяйственных иен (в связи с поступлением в Европу долевой канадской и аргентинской пшеницы).

Низкой оказалась конкурентоспособность французского крестьянства и в другой важнейшей отрасли сельского хозяйства Франции — виноградстве. Ослаблению конкурентоспособности французского винопроизводства способствовал о появление в 1865 г. новой виноградной болезни — филлоксеры. К 1890 г. во Франции не было пи одного департамента, где бы не свирепствовала эта болезнь. Убытки от филлоксеры оценивалась к концу XIX в. примерно в 10 млрд. франков — сумма двойной контрибуции!

Вследствие экстенсивного развития мелкого крестьянского хозяйства и сохранения парцеллярной земельной собственности во Франции был крайне узкий внутренний рынок. Дальнейшему «распылению» земельной собственности, влияющему ил размеры внутреннего рынка, длительное время способствовало сохранение правила, по которому земельный участок отца делился между всеми сыновьями. Крестьяне постепенно пришли к сознательному регулированию размеров семьи (имеется в виду знаменитый «принцип двудетности»). Множество трагедий порождало соблюдение правила раздела земли; одна из таких трагедий, закончившаяся гибелью героини и её ребенка, послужила основой для написания знаменитого романа Золя «Земля» (1887 г.).

Введение «принципа двудетности обострило демографическую ситуацию во Франции и опять-таки способствовало сохранению узкого внутреннего рынка. В свою очередь, узость внутреннего рынка не могла стимулировать промышленное производство, т. е. при этом не гарантируется получение долгосрочной и систематической прибыли. Демографическая ситуация во Франции привела к тому, что все отрасли народного хозяйства не получали достаточного количества самой главной производительной силы — человека. Если в Германии в 1871 г. было 41 млн. человек населения, а в 1901 г. — 57 млн., то во Франции в 1871 г. насчитывалось немногим более 36 млн. человек, а в 1900 — только 39 млн.

«Мы проигрываем каждый день битву, а каждые три года теряем по численности населения новый Эльзас», — меланхолично замечает депутат национального собрания Люсьен Губер, сравнивая таблицы роста населения во Франции и Германии. М. Павлович по этому же поводу заявляет следующее:

«Одно увеличение населения в течение 10 — 15 лет дает германской промышленности в смысле расширения рынка несравненно больше, чем дает французской индустрии вся колониальная империя Франции, ибо, что само собой разумеется, не может быть сравнения между покупательной силой немецкого, или французского гражданина и какого-либо «чернокожего обитателя Африки».

Наконец, несомненным тормозящим фактором следует считать ту ситуацию, которая сложилась во французском банковском деле, речь идёт о масштабах вывоза капитала, игравшего огромную роль в деле создания и развития многих промышленных предприятий в Швейцарии, Бельгии, Италии, Греции, Турции, России, наконец, Китае и Южной Америке. По масштабам этого процесса Франция может сравниться только с Англией; правда, в отличие от Англии все эти колоссальные средства практически не попадали во французские колонии.

Все перечисленные обстоятельства наложили свой отпечаток на экономическое развитие Франции в 1871 — 1900 гг. и в дальнейшем обусловили ряд специфических черт французского монополистического капитализма, продемонстрировав его слабость в ходе 1 мировой войны.

На рубеже XIX—XX .вв. в экономическом развитии Франции обнаруживается небольшой период, с которого начинается определенное оживление в экономике страны. Характеризуя группу причин, обусловивших общее отставание Франции по темпам промышленного роста, мы отмечали такой фактор, как недостаток ряда сырьевых ресурсов, в частности, каменного угля и железной руды.

Собственно говоря, французская подпочва была достаточно богата железными рудниками; но французское железо содержит в себе фосфор. Фосфор делает металл ломким; поэтому в подобной ситуации большое значение приобретает решение научно-технической задачи по удалению фосфора из руды. Эта задача была решена английским металлургом-самоучкой Сиднеем Джильхристом Томсаном.

Само открытие было совершено еще в 1878 году, но тогда, по словам М. Павловича, «никто не придал значения этому открытию. Томас записался на прочтение лекции о своем открытии на Парижской международной выставке, но лекция эта, за недостатком времени, была отложена (!)... В силу целого ряда причин Томас не мог продать своего патента в Англии, и он был счастлив, когда ему удалось продать право эксплуатации своего открытия в Бельгии за 50 фунтов стерлингов, т. е. за 450 рублей. Едва получив эту сумму, Томас побежал купить себе пальто и бутылку шампанского», — так завершает М. Павлович рассказ об истории открытия, совершившего переворот в железорудной промышленности мира. (Кстати, посредник ставший владельцем права на использование открытия Томаса, продал этот патент за 3 млн. франков).

Неоднократные попытки Томаса познакомить французских Металлургов со своим методом очистки железа от фосфора (во время Парижской выставки: в частных беседах; при посещении заводов Крезо) результатов не дали. Лишь на рубеже XIX—XX-вв., когда недостаток железной руды стал все более очевидно сказываться на французской тяжелой промышленности, здесь были осуществлены определенные нововведения. В итоге страна начинает играть роль поставщика железа на мировой рынок. С 1903 по 1913 год добыча железной руды выросла в 3 раза, а экспорт ее с 1900 по 1913 гг. увеличился в 30 раз. Одновременно можно отметить определенные сдвиги в производстве чугуна и, особенно, стали. Несколько ускорились темпы концентрации промышленного производства. Однако в целом причины, тормозившие развитие французской экономики в конце XIX в., продолжали определять лицо экономической жизни страны и в первые десятилетия XX в.

В новых условиях главной причиной сравнительного замедления темпов развития французской промышленности явились структурные особенности французского империализма. Франция накануне войны была практически международным банкиром. Еще в 1870 — 1879 гг. весь национальный доход Франции оценивался в 25 млрд. франков, а заграничные капиталовложения ее составляли огромную по тем временам сумму — 15 млрд. франков. В 1890 — 1900 гг. национальный доход Франции поднялся до 27 млрд. франков, а заграничные капиталовложения выросли вдвое и составили 27—30 млрд. К 1914 г. эта сумма еще раз удвоилась и достигла 50—60 млрд. франков. Вывоза капитал преимущественно в форме государственных займов и прежде всего в европейские страны (в этом отличие Франции от Англии). Франция выступила в роли «политического банкира». Кредитные судьбы многих государств решались в то время на парижской бирже; предоставление кредитов употреблялось как средство завоевания союзников и политического давления на них (вспомним Россию).

Совершенно очевидно, что во Франции классическом государстве-рантье, очень рано сложились условия для концентрации банков и образования финансового капитала. Еще в первой половине XIX в. но Франции наблюдалось сильное развитие банковского капитала, не связанного непосредственно с производством. Эта тенденция еще более усилилась во второй половине XIX в. Первый из трех банковских спрутов-гигантов, контролировавших экономическую жизнь Франции к концу XIX в., возник еще в 1848 г. (имеется в виду «Национальная учетная контора»). В 1863 г. был основан т. н. «Лионский кредит», в 1864 г. — «Генеральное общество».

Формирование новых тенденций в экономической жизни Франции (в период монополистического капитализма особенно) напоминает аналогичные процессы в другой старейшей капиталистической стране — Англии.

Однако есть здесь и своя специфика. В частности, процесс концентрации производства во Франции начался гораздо раньше, чем в Англии, причем захватил как старые, классические отрасли промышленности, так и. новые (показательны в этом плане «Металлургический синдикат» в Лонгви, Общество заводов«Kpезо», компания «Сен-Гобен», сконцентрировавшая в своих руках 30 химических заводов, и пр.)

В целом Франция, подобно Англии, демонстрирует наглядный пример неравномерности развития крупнейших стран Европы на рубеже XIX — XX веков, — той неравномерности, которая, будучи наложена на мощную волну милитаризма, дала страшный взрыв 1914 года.

В какой мере Франция ответственна за эту трагедию, существовали ли в ней силы, способные трезво оценить ситуацию и дать ей иное направление развития?

Для ответа на поставленный вопрос необходимо обратиться к анализу политической структуры Франции и тех событий, которые характеризуют социально-политическую жизнь Франции на рубеже XIX — XX вв.

Судьба политического строя Франции, утвердившегося здесь в последнюю треть XIX в., решалась в сложной социально-политической обстановке, вызванной франко-прусской войной и событиями Коммуны, Вопрос о характере (политического устройства Франции рассматривался национальным собранием, избранным с начале 1871 г. Сама историческая ситуация предопределила политическую ориентацию и функции этого «Предпарламента». Национальное собрание 1871 г. было созвано для решения вопроса о войне и мире; подписанием акта о капитуляции функции этого собрания исчерпывались. Однако монархисты, сумевшие в условиях военных действий собрать большое количество голосов политически незрелого крестьянства, решили превратить это национальное собрание в Учредительное, узурпировав тем самым право составления новой конституции Франции.

Национальное собрание в целом делилось на два неравных блока — монархистов и республиканцев. В свою очередь, монархисты были представлены орлеанистами, легитимистами, и бонапартистамн (в зависимости от династий, которые ими поддерживались). Республиканцы были представлены собственно республиканской партией и умеренными республиканцами.

Политическая борьба в парламенте осложнялась тем, что вместо «чистых» блоков в борьбе участвовал конгломерат политических групп. Кроме республиканцев и противостоявшие им группы легитимистов и орлеанистов, возник своеобразный политический тандем умеренных республиканцев и орлеанистов, заметно осложнивший расстановку сил в парламенте.

На первом этапе борьбы создалось впечатление, что монархисты получают явный перевес. Им удалось отправить в отставку Тьера, лидера умеренных республиканцев, и сделать главой временной исполнительной власти своего ставленника - покрывшего себя позором в битве при Седане маршала Мак-Магона. Были определены кандидаты на престол от легитимистов и оргеанцев. На трон предполагалось возвести графа Шамбора, внука Карла Х роль дофина была уготована Графу Парижскому, внуку Луи-Филиппа Орлеанского. Состоялось свидание двух будущих царственных особ во Фросдорфе (Австрия), в ходе которого, как писали роялистские газеты, «французская династия вновь обрела свое единство». Казалось, считанные дни отделяют Францию от очередной (и на этот раз, конечно, окончательной) реставрации монархии. Для въезда короля в Париж были приготовлены кареты, лошади, создан образец королевского мундира, изготовлены кокарды, венецианские фонари с вензелем будущего короля и т. д., и т. п.

Однако внезапно между графом Шамбором и графом Парижским возник конфликт по, казалось бы, совершенно незначительному поводу, Граф Шамбор категорически отказался принять триколору, заявив, что он не желает «быть легитимным королем резолюции», что он во что бы то ни стало сохранит верность белому знамени Бурбонов. Граф Парижский был согласен на все, даже на трехцветное знамя республиканской Франции, Таким образом, формальной причиной для разногласий послужил цвет знамени восстанавливаемой монархии.

Конечно же, не споры по поводу цвета знамени явились причиной раскола среди монархистов; эти споры являются лишь внешним оформлением более глубоких противоречий между легитимистами и орлеанистами. Первые «ничего не забыли, но ничему и не научились»; вторые прекрасно устроились при капитализме, сделав лозунгом своей жизни слова популярного журналиста Жирардена: «Нам ничего не остается делать, как стать миллионерами»

Разногласия среди монархистов значительно упрочили позиции и противников – республиканцев.

Однако пришлось пережить еще один этап подготовки монархистов к реставрации, прежде чем республиканцы одержала победу. То, что не получилось у монархистов в 1871 — 1873 годах, казалось, вот-вот будет исполнено в 1873—1875 гг.

Правительство Мак-Магона усилило гонения на республиканцев, производя смешения, агитацию в армии, фальсификацию выборов и т. д. Ярко проявились симптомы клерикального засилья; массы требовали творения чудес. Культ реликвий старых и новых принял неслыханные размеры. Старые береты Пия IX, пряди волос отца Сальского, истоптанные башмаки Лабра и даже кожа с табурета, на котором он сидел, - все было призвано творить чудеса во имя церкви и будущего короля.

Одновременно, во всех соборах звучали проповеди, подобные той, что произнес в мае 1873г. епископ города Пуатье:

«Всем ясно, что политика без бога и без Христа исчерпала все свои средства. Господи, владыка наш, приди к нам на помощь. К тебе взывают Рим и Франция… Она ожидает вождя, она призывает хозяина».

Большой популярностью в кругах католически настроенных рабочих пользовался граф Альбер де Мен со своей доктриной «социального католицизма». Основные положения этой доктрины сводятся к следующему; «Нужда и бедствия, на которые жалуются низы, есть результат революции; противоядие заключается в контрреволюции, и возврате к авторитету религии, в подчинении правящему классу. Только католичество обладает божественным светом и откровением. Только оно может сказать революции, что она основана на ложном принципе суверенной независимости человека, ибо только католичество отвергло этот принцип во всей его широте и учило, что человек по существу не свободен, что свобода его возможна только при условии соблюдения авторитета власти».

В этой сложнейшей социально-политической обстановке и должен был решиться вопрос о будущем государственном устройстве Франции. Одной из важных вех решения этой проблемы явилось обсуждение Национальным собранием в январе 1875 г. вопроса о том, президент какого государства должен избираться соответствующими палатами. Поправка А. Валлона к законопроекту о правах президента гласила;

«Президент республики избирается большинством голосов сената и Палаты депутатов, объединившихся в Национальное собрание. Он назначается на 7 лет. Он переизбираем». Фактически поправка А. Валлона санкционировала республику. При голосовании 353 депутата высказались за принятие поправки, 352 — против. Таким образом, большинством в 1 голос Национальное собрание решило вопрос в пользу республики.

Подобные результаты голосования — еще одно свидетельство критически сложной ситуации, господствовавшей во Франции в это время.

После поправки Валлона Национальное собрание приняло еще целый ряд конституционных законов. Так, в феврале 1875 года был принят закон, определявший процедуру выборов в сенат и закон об организации общественных властей. Позднее были приняты постановления о выборах сенаторов и депутатов (т. н. «органические законы») и т. д. Все эти законы, вместе взятые, и носят название конституции Третьей республики.

Последовательного изложения конституции Франция не получила; ее государственное устройство определялось, таким образом, рядом единичных законов, которые, конечно, не охватывали всех сторон государственного управления. То, что принято называть конституцией Третьей республики, являлось 8-ой конституцией в истории Франции нового времени, если не считать конституции 1793 .г., как известно, не вошедшей в действие, и дополнительного акта 1815 г, также не осуществленного на практике.

По сравнению с буржуазно-демократическими конституциями 1789 и 1848 гг. конституция 1875 г. была определенным шагом назад. Как отмечает А. Зеваэс, «достаточно беглого взгляда, чтобы констатировать разницу между этой конституцией и ее предшественницами. Она ничем не напоминает знаменитые конституции 1791, 1792 и 1848 гг. с их величественными пропилеями — декларацией прав человека и гражданина, с их гениальной симметрией трех самостоятельных видов власти: законодательной, исполнительной и судебной».

Как же определялось принятыми законами государственное устройство Франции?

Законодательная власть была передана Национальному собранию, состоявшему из двух палат; нижней — палаты депутатов и верхней — сената. Палата депутатов избиралась на основе всеобщего избирательного права на 4 года. Конституция обеспечивала неприкосновенность депутатов нижней палаты и их право подавать запросы (т. и. интерпелляции) правительству по всем вопросам внутренней и внешней политики; гарантировалось право обсуждения и принятия всех, законов с особым приоритетом в финансовых (проблемах.

Сенат, гораздо более консервативный по своему характеру, нежели плата депутатов, избирался на 9 лет социальной коллегией выборщиков, причем 75 сенаторов первоначально избирались самим сенатом пожизненно (в дальнейшем пожизненное избрание было отменено).

Сенат получил полное право утверждать или отменять все законопроекты, прошедшие предварительную стадию обсуждения в палате депутатов (за исключением финансовых законопроектов). Сенату принадлежало еще одно весьма важное право — давать или не давать согласие на роспуск палаты депутатов до истечения срока её полномочий.

Исполнительная власть была передана президенту; он избирался национальным собранием на 7 лет и пользовался правом переизбрания. Полномочия президента были достаточно широки; он формировал правительство, назначал премьер-министра, обладал правом законодательной инициативы, представлял Францию в межгосударственных сношениях, мог помиловать осужденного на казнь. С согласия сената президент имел право на досрочный роспуск палаты депутатов.

Последнее право президент почти не использовал, т. к было очень трудно получить согласие сената на роспуск палаты депутатов. Этим в известной степени объясняется наблюдавшаяся во Франции конца XIX в. частая смена кабинетов: поскольку досрочный роспуск палаты депутатов был затруднен, то правительство, не получившее вотума доверия в Национальном собрании, было вынуждено само уходить в отставку.

Несмотря на свой ограниченный характер и неполноту формулировок, конституция 1875г имела определенное прогрессивное значение, поскольку она была выработана и принята в условиях реальной угрозы монархического переворота.

После утверждения республиканского строя во Франции в политической жизни страны можно отметить три критические ситуации, в ходе которых монархисты вновь «поднимали голову».

Первая ситуация связана с попыткой президента Мак-Магона сформировать монархический кабинет во главе с роялистом герцогом де Брольи. Конфликт принял весьма острые формы; однако выборы 1877 г. принесли новую победу республиканцам. Признанием этого факта со стороны роялистов был досрочный уход в отставку Мак-Магона.

Вторая ситуация во многом обусловлена сложностью развития республиканского движения во Франции в 80-е гг. XIX в. В 1881 г. лидер радикального крыла республиканской партии Жорж Клемансо образовал самостоятельную партию радикалов, выразив тем самым несогласие с политикой умеренных республиканцев. В условиях раскола республиканского движения и на волне общего недовольства непоследовательной политикой умеренных, необычайную популярность приобрел генерал Буланже, военный министр, сумевший сблизиться и с республиканцами, и с монархистами, и с рабочими. За выраженную рабочим солидарность во время стачки в Де-казвилле Буланже получил кличку «демократический генерал». При совершенной эклектичности, неопределенности политической позиции Буланже, два компонента в ней все же (просматривались достаточно четко: реваншизм и монархизм.

Монархисты, потерпевшие поражение в войне с Пруссией, не расставались с идеей реванша, надеясь на гребне победы над Германией прийти вновь к власти и в самой Франции. Эта исторически несостоятельная идея «отравляла» политический воздух Франции вплоть до 1 мировой войны, но так и не была реализована. Потерпело поражение и буланжистекое движение, пик которого пришелся на 1887 год. Затем Буланже, испугавшись ареста, бежал за границу, где покончил жизнь самоубийством.

Третья ситуация известна в истории как «дело Дрейфуса». Капитан А. Дрейфус, еврей по национальности, был обвинен в государственной измене — продаже германскому военному атташе секретных документов военного характера. Дрейфуса арестовали и предали военному суду, хотя никаких серьезных улик против него не было обнаружено. «Дело Дрейфуса» всколыхнуло всю страну. Начиная с 1894 г., вся Франция разделилась на два лагеря – дрейфусаров и натидрейфусаров. Правые силы выступили под лозунгами реваншизма и антисемитизма. Левые поставили себе задачу защитить Дрейфуса и превратить движение за пересмотр его дела в выступление против сил реакции. Огромную роль в установлении истины сыграли Э. Золя, А. Франс, другие представители демократической интеллигенции Франции. В 1906 г. Дрейфус был оправдан. Очередная опасность гражданской войны миновала. Но к этому времени на историческом горизонте проступили контуры другой войны — мировой, межнациональной; французские политики тоже приложили руку к ее подготовке. Очевидным символом этой сопричастности явилось избрание в 1913 г. нового президента Франции Раймона Пуанкаре, более известного миру как «Пуанкаре — война».

Франция отдала полновесную дань милитаристско-шовинистическому угару, но последующие страницы её истории говорят о мощном «самоочищения» и дуче классического буржуазного демократизма. Возможность подобного «самоочищения» находится в прямом связи с теми основаниями демократическом государственности, которые на протяжении целого столетия, начиная со времен Великой французской революции, утверждались во Франции, утверждались мучительно, вопреки многочисленным реставрациям, социально-политическим «откатам» и бездарности лидеров. Мощным стимулятором этого процесса явилась Парижская Коммуна; активной силой — переориентированное со времен Луи-Наполеона крестьянство и французская буржуазии, дли которой республика всегда была идеальной формой господства.


Источник: Новая история зарубежных стран. Казань 1995 г.


Тема: Франция во второй половине XIX-начале XX века.

Дадаць дакумент у свой блог ці на сайт

Падобныя:

Франция во второй половине xix-начале XX века iconЖуков Южная Африка во второй половине XIX начале XX века
Социально-экономическое развитие Южной Африки в середине XIX века. Положение чернокожих африканцев

Франция во второй половине xix-начале XX века iconМусульманские приходы в Самарской губернии во второй половине XIX – начале XX вв./Эльза Гибадуллина

Франция во второй половине xix-начале XX века iconИсторические судьбы крымских татар
Отмена крепостного права и развитие капиталистических отношений во второй половине XIX начале XX в

Франция во второй половине xix-начале XX века iconПериод XIX начала ХХ вв. Василенко И. В. Вопросы образования и воспитания на страницах «Ставропольских губернских ведомостей» во второй половине XIX века
Наконец-то издан сборник материалов четвертой Всероссийской научно-практической конференции «Информационное поле современной России:...

Франция во второй половине xix-начале XX века iconЕлена Уайт Дочери Божии Слово к читателю
Во второй половине XIX века женщинам стали доверять более ответственные руководящие посты в протестантских церквах. То же самое можно...

Франция во второй половине xix-начале XX века iconПрограмма концертов, выставок и спортивных соревнований в париже
Выставка является более чем монографической ретроспективой работ художника, она скорее раскрывает Мане как исторического героя, жившего...

Франция во второй половине xix-начале XX века iconФранцузское искусство XVII в
Во второй половине столетия Франция самая могущественная абсолютистская держава в Западной Европе. Это и время сложения французской...

Франция во второй половине xix-начале XX века iconЧастные торговые заведения в Спасском районе в конце XIX начале XX веков
Вместе с тем с конца XIX века в торгово-промышленных селениях Спасской волости стали

Франция во второй половине xix-начале XX века iconД. М. Петрушевский. Великая Хартия вольностей и конституционная борьба в английском обществе во второй половине XIII века
«Д. М. Петрушевский. Великая Хартия вольностей и конституционная борьба в английском обществе во второй половине XIII века»: Изд....

Франция во второй половине xix-начале XX века iconПарижская сеть снабжения питьевой водой и очистительные сооружения были созданы в эпоху Наполеона III, во второй половине XIX века. Сегодня эта обладающая
Фонтан Морей, названный так в честь расположенного рядом Министерства морского флота, был сооружен на площади Согласия в 1836-1846...

Размесціце кнопку на сваім сайце:
be.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©be.convdocs.org 2012
звярнуцца да адміністрацыі
be.convdocs.org
Галоўная старонка