Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!»




НазваКнига первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!»
старонка1/32
Дата канвертавання06.12.2012
Памер5.05 Mb.
ТыпКнига
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32
Аннотация: Книга посвящена жизни талантливого парнишки, ставшего национальным героем Ямайки. События происходят на фоне колоритнейших картин бытия растаманов.


---------------------------------------------


Майк Телвелл


Корни травы


КНИГА ПЕРВАЯ


Глава 1. Мальчик из деревни


Как мы услышали — так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили.


«Йоо! Айван… Айванхо йоо!» Не отрываясь от работы на открытой кухне, мисс Аманда прислушалась к эху своего крика, которое сновало туда-сюда по холмам и ниспадало в долину, ослабевая по мере удаления. «Айванхо… хоо… хоо…»

Где бы мальчишка ни был, она была уверена, что он придет вовремя. Даже если он и не знал точно, когда будет готов ужин. Мисс Аманда была известна во всей округе своим звонким голосом, обладавшим главным качеством — дальностью. Такого крика сегодня уже не услышишь, молодежь даже учиться не хочет — слишком старо для них, слишком по-деревенски, как они считают. Но ей-то все равно, она-то все помнит. Как во время страды, когда она ходила с отцом и братьями на свой крохотный клочок земли, который кормил семейство, холмы звенели от звуков мачете и тяжелых ритмов. А пение? Бог мой, что за пение, дикие, потрясающей красоты мелодии и ровный ритм песен, поддерживающий темп работы. А сами холмы — какие они были в те дни! Она улыбнулась своим воспоминаниям. Холмы кишели, словно разворошенный муравейник, целые семьи работали бок о бок, добывая плоды земли из своих наделов на холмах. В те дни можно было взобраться на гору Джанкро и вызвать кого-нибудь с Голубого Залива. Достаточно было просто запеть: «Папа Утти — уу ее». И на соседнем холме селянин, гордясь своим голосом, обязательно подхватит зачин, и ты услышишь, как он усиливается, пронзает тихие горы, набирая все новую и новую силу, отражаясь от холмов, словно от гигантской звуковой системы, и проходя немыслимые расстояния. И уже через несколько минут точно так же приходит ответ: «Утти нету там уу» или «Утти слушает уу».

Но сейчас мисс Аманда слушала, как эхо ее крика замирает в тишине и продолжала чистить клубни ямса и бананы для своей «голландки» — большого железного котла, висевшего над огнем, который она разводила на высокой платформе из глины и камней. Где же мальчишка? Она смела очистки в кучу, оставив их на корм козам, и повернулась к входу, чтобы еще раз внимательно осмотреть долину.

Аманда Мартин, известная всей округе как «мисс Аманда», была немолодой черной женщиной. Стены ее кухни, представлявшей собой пристроенный к дому сарай, были сделаны из бамбуковых палок, скрепленных глиной. Крыша была соломенной; выметенный земляной пол был твердый как камень — утоптан босыми ногами нескольких поколений. Дым от бесчисленных костров до черноты закоптил стропильные балки, с которых свисали куски мяса и загогулины свиных и бычьих хвостов, соленых, перченых и вяленых. На столе, где она чистила и мыла еду, возвышался глиняный чан ябба; под столом стояла ступа из твердого дерева с искусной резьбой — выдолбленная деревянная чаша с тяжелым пестом. Питьевая вода хранилась в большом пузатом глиняном кувшине с длинным носиком, как у чайника, вылепленном по старинному образцу, который обладал особым свойством сохранять воду свежей и прохладной.

Мисс Аманда смотрела вниз, в долину, которая была ее домом, а до нее — домом ее отца, с тех самых пор, как они оставили раскаленные равнины, сахарные плантации, а вместе с ними — тяжкие воспоминания рабства, и стали осваиваться здесь, начиная свободную жизнь на разбросанных высоких холмах, поросших деревьями.

Солнце опускалось за гору Джанкро, и пурпурно-синие тени медленно ползли по долине. Из гущи девственных лесов — гордо возвышающихся деревьев — с самой вершины горы раздался одинокий крик голубки, он звучал чисто и трепетно в неподвижном вечернем воздухе — одинокая нота совершенства и непередаваемой грусти. Бедное создание, подумала мисс Аманда, наверное, как и я, зовет своего потерявшегося дитятю.

Каждый вечер, доносясь с гор в одно и то же время, незадолго до того, как внезапная тропическая ночь накрывала лес, крик голубки отмечал для нее наступление сумерек. Люди говорили, что птица эта — призрак, даппи, ночной певец и передатчик посланий. С верхней ветки самого высокого дерева она каждый вечер сообщает всем, кто занят дурными делами, о приближении хозяина. Крик повторился: ко, коо, коооее. Он пронзил тишину сумерек, переливающихся тенями, и достиг сердца мисс Аманды, заставив ее вздрогнуть от древней грусти из забытых земель предков.

Ее глаза, по-прежнему ясные и зоркие, напряженно вглядывались в долину, которая в вечернем полумраке отливала синевой там, где виднелись следы густой роскошной растительности. Чужестранец не увидел бы здесь ничего, кроме неразличимых зарослей буйных тропических джунглей. Но для мисс Аманды все было по-другому — тут был дом и история, ее община и поле деятельности людей, их пот, труд и радость. Над долиной возвышались не просто джунгли, а деревья, которые давали людям тень и строительный материал. Мангровое дерево, кедр, красное дерево, фустик, жимолость, изредка зелено-голубая поросль бамбука. Также и плодовые деревья с обильной листвой и притаившимися в ней плодами — «звездные яблоки» с пурпурными листьями, царственные хлебные деревья, манго, груши, аки, джекфрукт — каждое со своими неповторимыми очертаниями на фоне лилового вечернего неба. Тут и там развесистые кроны кокосовых деревьев рискованно раскачивались на невероятно тонких солнцелюбивых стволах.

Под этими гигантами она различала кустарники, деревья коки, яблони, заросли кофе, подорожника, банановые деревья, лозы ямса, выстреливающие свои побеги — свои лесенки к солнцу. Землю покрывал сухой настил из листьев кокоямса в виде сердца, листьев бадое, дашин, ямпи вместе с зарослями щавеля, красных бобов и ганго. Временами из лиственной гущи проглядывала жестяная крыша, а если ее даже не было видно, как кухню мисс Аманды, то, значит, просто из листвы поднимался дымок, и тогда становилось ясно, что там живут люди.

Тропинки и дорожки плели свою замысловатую сеть, объединяя дома и фермы в единое сообщество. Этот лес, эти хаотические джунгли, был дан человеку как завет и взывал к его трудолюбию и упорству. В лесу вряд ли можно было найти деревья, которые не вносили бы свой вклад в нужды маленькой общины, поддерживающей с землей особые отношения, что были выработаны много столетий назад в далекой, почти забытой стране — Джамайке. Оплодотворенные лучами щедрого солнца, омытые мощными ливнями, горные долины, казалось, стояли под паром и ждали поселенцев — народов ашанти и йоруба, акан и мандинго, волоф, ибо и банту — которые наконец распрощались с рабством, отвоевав себе эти сказочные земли, чтобы образовать здесь новое многонациональное сообщество. Большинство из них было из Африки — и впервые в ее истории разрозненные племена увидели друг друга в лицо. Они были разного роста и оттенков кожи. Они пришли со своими древними орудиями, они стали разводить коров, свиней, ослов, коз, собак, домашнюю птицу и выращивать плоды, к которым они привыкли. Они привнесли сюда свое чувство жизни и общины, свои песни, легенды и танцы, свою чувственность, жизнелюбие и уважение к возрасту и добропорядочности. И здесь, на крутых спусках долин, они расположились, и выращивали себе пропитание, и процветали.

Они были почти самодостаточны. Лишь очень немногие вещи, которые не могла им дать земля — орудия труда из железа и стекла, одежду, керосин для ламп, — они покупали за деньги, вырученные на рынке в ближайшем городке. Это была новая жизнь в новой стране, но в своих глубинных ритмах, своим духом она была не такая уж и новая. Это была та же Африка, но в новой стране.

Глядя поверх долины, мисс Аманда устремила взгляд к тому месту на горном гребне, где деревья образовывали проплешину. Там обычно и появлялся ее внук, когда возвращался домой. Где он сейчас, этот мальчишка? Казалось, еще вчера он был ребенком. К ужину ей никогда не приходилось звать его дважды, эхо еще раздавалось в долине, а он уже тут как тут, глаза и лицо сверкают, задыхается и сам на себя покрикивает, а рядом бежит дворняжка Даг, маленькая, с большими ушами.

«Готов ужин, Ба? Есть хочу». Его ясные детские глаза шарили по кухне, он едва сдерживался от нетерпения поскорее поесть и рассказать Ба о своих послеобеденных приключениях. Благословенный был ребенок! Такой послушный, такой милый. Она помогала ему мыть руки и лицо в эмалированном ведре, произносила слова молитвы и усаживала за стол.

«Бвай, ты уже человек, да. Я же воспитываю тебя как человека, а не как зверя о двух ногах». Он смеялся при мысли о мальчике, который растет, словно козел или осел, сорвавшийся с привязи, «зверь о двух ногах», — так что хозяину никак его не поймать.

Но теперь она уже не была уверена в том, что может им командовать. Дитятя вырос, казалось, в одно мгновение, нахватался каких-то подозрительных понятий, не уважает старших и авторитеты, выказывает открытое презрение к поступкам и ценностям взрослых. Сейчас уже ночь, как быстро она спустилась, но где он и что с ним? Ужин уже готов, а его нет. Ее раздражение росло, словно она пыталась скрыть проблески беспокойства, которое закрадывалось в ее сознание. Что если он упал с дерева? И лежит где-нибудь с переломанной спиной? Он любил реку и проводил там долгие часы, плавал и нырял со скал с волнообразной грацией водяной змеи. А вдруг с ним что-нибудь случилось? Сезон дождей только что миновал, река полноводная, глубокая и очень сейчас опасная.

«Делать нечего, — сказала она себе, — как постелишь — так тебе и спать».

Кухня полнилась мерцанием рыжего огня очага; на бамбуковой ограде танцевали призрачные тени. Мисс Аманда сняла кастрюли с огня, взяла мачете и, сунув его в горящие угли, отодвинула хлебный плод, который начал уже подгорать. Она оставила его рядом с углями, чтобы не остыл.

Что-то с мальчиком случилось, это ей не нравилось. Не так давно она стирала одежду на реке, а он играл и боролся в воде с друзьями. Она не обращала на них внимания, пока не услышала, как изменились их голоса, и взглянула: Айван ухватил одного мальчика за шею и то и дело окунал его с головой в воду. Выныривая, мальчик кричал: «Чо, не делай так, Риган! Не делай так, ман!»

Она немедленно вмешалась и подозвала к себе жертву:

—Как тебя зовут, бвай?

—Дадус меня зовут, мэм.

—Откуда ты, сынок?

—С Голубого Залива, мэм.

Мальчик был того же возраста, что и Айван, и казался обученным манерам. Он сказал, что пришел из соседнего городка за пять миль отсюда.

—Кто твой отец, сынок?

—Маас Барт, мэм. Маас Барт Томас.

—Тот, у которого лодка и который продает рыбу на рынке в Голубом Заливе?

—Да, мэм.

—Я знаю его. Ты из хороших людей, сынок. Но скажи мне вот что — как вы там называете Айвана?

—Риган, мэм. Я слышал, что дети зовут его так.

—Вот что, — сказала она строго. — Его имя Айван. Я не желаю слышать, чтобы его звали как-то по-другому. Все вы, маленькие бваи, слишком много о себе думаете.

Мисс Аманда не знала, смеяться ей или плакать. Что-то такое в Айване и впрямь соответствовало имени Риган. Он кипел жизнью и энергией, фонтанировал вопросами. Не было такой вещи, которая бы его не интересовала и которой, как ему казалось, он не сумел бы смастерить. Несмотря на свой невысокий рост, в играх своих друзей он верховодил. Быть может, даже слишком, наперекор собственному благу. Он первым из них переплыл реку, первым прыгнул с высокого моста там, где дорога пересекает русло реки. Боже, страху-то сколько было! Как она напугалась, когда увидела, что дети с плачем и воплями бегут по берегу туда, где она с другими женщинами стирала одежду. Она подумала, что за детьми гонится какой-то зверь. Невозможно было понять, что они говорят, все кричали, словно сумасшедшие, но паника ощутилась сразу же, и только одно слово было на слуху:

—Айван, Айван!

—Погодите, что там случилось с дитятей?

—Айван погиб.

—Мисс Аманда, Айван утонул!

Когда она поняла наконец, о чем они говорят — ее внук прыгнул с моста в бурный поток реки и не выплыл, — у нее достало времени почувствовать, как перевернулся ее желудок и как острая боль, словно ножевая рана, пронзила ей грудь, выпустив из легких и воздух, и силу. Она закачалась и свалилась бы на землю, если бы не помогли подруги; она открыла рот, чтобы исторгнуть из груди ужасный стон, которым обычно встречают смерть, как вдруг услышала:

— Смотрите он где!

Она справилась со своей мукой, закрыла рот, заморгала, чтобы изгнать застилавший глаза красный туман, и увидела, что он идет по речному берегу, одинокое, костлявое, перепачканное-перемазанное дитя человеческое. Прихрамывая, он брел в их сторону с болью и неохотой, всем своим обликом напоминая упавшего в воду мангуста.

Она тут же забыла свою ярость, подхватила подол длинного платья и, как безумная, ринулась к крохотной фигурке. В глазах Айвана горели мрачное предчувствие и торжество экспериментатора, которое выплеснулось только тогда, когда она схватила его и с силой прижала к груди.

—Айван, Айван, что же мне с тобой делать?

—У меня получилось! Я сказал, что смогу! Сказал и сделал. — Глаза круглые и серьезные, кивает головой в знак победы.

—Бвай, ты смерти моей хочешь?

Она велела подать ей свою бамбуковую палку и, ухватив внука за воротник, повела его по берегу посмотреть, что произошло. Странная была процессия. Мисс Аманда тащит негодника за воротник, их сопровождают женщины и дети, очень серьезные и притихшие под проклятиями своих матерей и при виде зловещего прута, которым помахивала мисс Аманда.

—Как это дети грубеют так?

—Ну, если бы мой такое натворил, я била бы его до тех пор, пока дух этот не вышибла.

—С мальчиком-то все в порядке или нет? Боюсь, его сглазили.

Эти слова, сказанные с неким скрытым намерением, не прошли мимо чуткого слуха мисс Аманды, всегда настроенного так, чтобы не пропустить даже малейшего неуважительного упоминания о самой себе или своей семье. Потрясенная случившимся, она не сумела ответить достойно, но на будущее отметила обидчицу. Предположение, что злые духи сыграли с ее внуком недобрую шутку, было слишком серьезным для того, чтобы оставить его без внимания.

Вскоре маленькая процессия подошла к мосту через реку. Он находился на высоте тридцати футов над бегущими темно-зелеными водами, где река, прежде чем попасть в море, изо всех сил закручивала водовороты. В этом самом бурном и глубоком месте если верить легенде, как раз и собирались таинственные и сверхъестественные силы.

—Вот здесь, здесь, — кричали дети, указывая на середину моста. — Туда он залез и прыгнул вниз. — В их голосах мешались деланая укоризна с плохо скрываемым восхищением.

Внутренним зрением мисс Аманда увидела стоящую на перилах моста маленькую фигурку, одинокую и решительную. Удерживая внука за воротник и оценивая взглядом расстояние от моста до воды, она почувствовала вдруг, что ее гнев переходит во что-то другое. А что, если мальчик и впрямь сумасшедший? Определенно, ни у одного ребенка, если за ним никто не гонится и он не впал в панику, не хватит решимости и отваги на то, чтобы вот так сигануть в воздух, а потом в быстрые воды реки.

—Боже мой! — Это была та самая женщина, что говорила о возможном сглазе, но теперь в ее голосе не было злонамеренности, только тихое вопрошание. — Какое же сердце у дитяти такого?

—Говорят, тот, кому быть повешенным, никогда не утонет.

И Айван, немного устрашенный пережитым опытом и тем впечатлением, которое он произвел на почтенное собрание, вспомнил, как он задерживал дыхание, когда стремительные воды сомкнулись над его головой, как глубоко под водой почувствовал, что течение сносит его с такой силой, с какой он никогда прежде не сталкивался, как вынырнул у песчаной отмели в сотне ярдов от моста. Все дело в гордости: мисс Аман-да видела, как его гордость безуспешно прячется за показное раскаяние, и приняла наконец решение. Ведомая страхом и яростью, она била его так, как и в мыслях не думала никого бить, тем более своего внука, но, после того как ее рука почти безвольно, медленно опустилась, словно признав тщету дальнейших побоев, она поняла, что он ничему не научился.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32

Дадаць дакумент у свой блог ці на сайт

Падобныя:

Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!» iconПервая. Мальчик, который дожил Глава первая. Мальчик, который дожил
С тех пор как он повесил её на шею с ним перестала разговаривать вся школа магии. Но Гарри не отчаивался и очень надеялся, что когда-нибудь...

Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!» iconТанит ЛиВосставшая из пепла книга первая часть перваяпод вулканом глава 1

Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!» iconКнига к Просперу и Иларию Глава 1
Это ваше усердие я так люблю, что не могу выразить словами; и, однако, не смею сказать, что люблю так, как должен. Посему, вот, пишу...

Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!» iconРассказ Вадима Розина об эзотерических семинарах 20 Часть первая 26 М. Лайтман 26 Знакомство с каббалой 26 Глава первая 26 История вопроса 26 Фрагменты из каббалистических источников 49 книга создания «Сефер Ецира»
Авторы стараются развеять последние сомнения Скептика, при этом их разъяснения часто переходят в диалог

Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!» iconПрезентация (дополнительно)
В детстве мы впервые услышали эту странную музыку, и не смогли правильно понять ее до конца, так как с первого раза все звуки были...

Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!» iconОглавление Игорь Смородин Стратегия. Книга Первая. Земля в беде. Введение Глава I. Блаватская. Наступление новой эпохи и её признаки
Iv. Разъяснения зетов по поводу некоторых спорных научных и политических вопросов

Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!» iconКнига первая над законом глава 1
Стремительно развивающаяся авантюрная история с участием людей, способных в ряде аспектов дать фору персонажам „Далласа и „Династии“…...

Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!» iconКнига первая
Когда человек так настойчиво сам зазывает к себе врагов, то неудивительно, что они очень скоро одерживают над ним победу. И чем ближе...

Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!» icon* книга первая *
Первая. Мусорщик Баки были ржавые, помятые, с отставшими крышками. Из-под крышек торчали обрывки газет, свешивалась картофельная...

Книга первая глава Мальчик из деревни Как мы услышали так и рассказали, Джек Мандора, лишнего мы не присочинили. «Йоо! Айван… Айванхо йоо!» iconДжек Керуак Биг Сур Джек Керуак Биг Сур 1
И этот стон, разбудивший меня, мой собственный стон на скомканных простынях, стон, порожденный чем то огромным, ухнувшим в моей голове...

Размесціце кнопку на сваім сайце:
be.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©be.convdocs.org 2012
звярнуцца да адміністрацыі
be.convdocs.org
Галоўная старонка